Эскалация военного противостояния между США и Ираном в начале 2026 года спровоцировала тектонический сдвиг в мировой торговле: китайская валюта достигла исторического максимума в энергетических расчетах. Пока администрация Дональда Трампа и Тегеран обменивались ударами, а безопасность в Ормузском проливе оказалась под угрозой, трансграничная платежная система CIPS зафиксировала рекордный дневной оборот в 1,22 трлн юаней.
Инфраструктурный прорыв и новые правила расчетов
Весенние атаки на танкеры и нефтеперерабатывающие заводы вынудили иранские власти радикально изменить экспортную политику. Тегеран начал принимать оплату в юанях не только за поставки сырой нефти, но и за транзит судов через Ормузский пролив. Китай остается для Ирана критически важным партнером: если в 2024 году на него приходилось около 91% иранского нефтяного экспорта, то нынешний конфликт лишь зацементировал эту финансовую связку.
Пекин годами выстраивал инфраструктуру для поддержки «петроюаня», и теперь эти вложения приносят плоды. Система включает нефтяные фьючерсы на Шанхайской бирже, разветвленную сеть CIPS и использование цифрового юаня в крупных сделках по оплате сырья. Текущий кризис превратил эти инструменты из экспериментальных в жизненно необходимые.
Оценки рынка: от эрозии доллара до осторожного скепсиса
В крупных европейских банках нынешнее обострение называют катализатором эрозии нефтедоллара. Эксперты финансового сектора рассматривают ситуацию как фактический старт эпохи доминирования юаня в энергетике. Однако в кругах крупных инвестиционных менеджеров призывают к сдержанности. Аналитики отмечают, что хотя конфликты и повышают привлекательность юаня для развивающихся стран, полной смены парадигмы в ближайшее время не случится — у доллара пока нет конкурента, способного обеспечить аналогичный уровень глобальной ликвидности.
Экономические последствия и дедолларизация
Война спровоцировала резкое удорожание энергоносителей. По прогнозам профильных энергетических ведомств, средняя цена нефти марки Brent в 2026 году зафиксируется на отметке $96 за баррель, а на пиках может достигать $100. Инфляционное давление вынуждает развивающиеся страны ускоренно искать альтернативы американской валюте, чтобы обезопасить свои экономики от санкционных рисков Вашингтона.
Помимо Ирана, готовность перейти на национальные валюты выражают и другие игроки региона, включая Саудовскую Аравию. Использование доллара как инструмента политического давления лишь ускоряет дедолларизацию мирового рынка. В этих условиях Китай получает исторический шанс закрепить юань в качестве ключевой расчетной единицы в мировой энергетике.
