Мировой нефтяной рынок столкнулся с первым серьезным падением спроса со времен пандемии. Дефицит сырья и заоблачные цены заставляют потребителей затянуть пояса. Эксперты Международного энергетического агентства (МЭА) связывают этот обвал с масштабным кризисом поставок, который спровоцировало обострение конфликта в Персидском заливе.
Исторический провал добычи
В прошлом месяце глобальное предложение нефти рухнуло на 9% — рынок лишился 10,1 млн баррелей в сутки. Добывающие мощности Саудовской Аравии, Ирака, ОАЭ и Кувейта практически замерли. По прогнозам аналитиков, в апреле падение продолжится, а суточное предложение зафиксируется на отметке 94,2 млн баррелей. Главными факторами дестабилизации стали удары по энергетическим объектам Ближнего Востока и жесткие ограничения на проход танкеров через Ормузский пролив.
Блокада Ормузского пролива и экспортный паралич
Кризис в Ормузском проливе обернулся беспрецедентным коллапсом: в марте экспорт из стран Персидского залива сократился на 15,8 млн баррелей в сутки, упав до критических 8,7 млн. Сейчас через эту ключевую артерию проходит лишь десятая часть от привычного объема — около 2,3 млн баррелей, причем 70% этого потока обеспечивал Иран. Ситуация обострилась 13 апреля, когда после провала дипломатических переговоров американские военные заблокировали движение судов в иранские порты. Рынок мгновенно отреагировал на угрозу дальнейшей эскалации.
Ценовые ножницы и тревожные прогнозы
Конфликт породил аномальный разрыв между стоимостью реального сырья и биржевыми котировками. В середине апреля физическая нефть из Северного моря подорожала до рекордных 150 долларов за баррель. При этом фьючерсы на Brent и WTI торговались в диапазоне 96–98 долларов, хотя еще в начале месяца они превышали 110 и 113 долларов соответственно. Аналитики предупреждают: если перебои затянутся, биржевая цена Brent неизбежно поднимется до 150 долларов.
Шанс на стабилизацию
Несмотря на пиковое напряжение, 14 апреля цены начали осторожно снижаться. Поводом для оптимизма стали сигналы о том, что Вашингтон и Тегеран сохраняют возможность для диалога. Базовый сценарий развития событий предполагает, что стабильные поставки с Ближнего Востока удастся восстановить уже к середине года.
